Форум » Анжелика, маркиза ангелов » Книга, ее герои и их характеры - 3 » Ответить

Книга, ее герои и их характеры - 3

Olga: Продолжаем обсуждение героев "Анжелики" и конечно главную героиню, характеры и взаимоотношения. Предыдущее обсуждение тут click here

Ответов - 106, стр: 1 2 3 4 5 6 7 8 All

Leja: Госпожа де Монтеспан была так поражена, что едва добрела до места репетиции, где упала без сознания на руки королю. Вечером она пересказала Людовику свой разговор с Пюигильеном. Оказывается, ее потрясение было вызвано уверенностью в том, что осведомленность Пюигильена объясняется не чем иным, как вмешательством дьявола. Людовик, пришедший в ярость от тех оскорблений, которые пришлось выслушать госпоже де Монтеспан, недоумевал не меньше ее, хотя и не впутывал в эту историю нечистого. С этого времени между Пюигильеном и королем возникла враждебная натянутость. Несмотря на это, Пюигильен через несколько дней возобновил разговор о своем несостоявшемся назначении, дерзко настаивая на выполнении данного ему обещания. Король коротко ответил, что считает себя свободным от данного им слова, поскольку Пюигильен нарушил поставленное условие хранить дело в тайне. Тогда Пюигильен повернулся спиной к королю, выхватил из ножен шпагу и яростно преломил ее о колено, вскричав, «что в жизни больше не будет служить монарху, который столь недостойно не держит слова». «Разгневанный король, – пишет Сен-Симон, – в тот миг совершил, быть может, самый прекрасный в своей жизни поступок: распахнул окно, выбросил в него трость, сказав, что никогда бы не простил себе, если бы ударил столь знатного дворянина, и вышел». На следующий день Пюигильен был арестован у себя дома и посажен в Бастилию. Его содержали без особой строгости, и маркиз, как видно из дальнейшего, не почувствовал ни капли раскаяния. Де Гитри, близкий друг Пюигильена, осмелился вступиться за него перед королем. Ему удалось убедить Людовика, будто неслыханное поведение маркиза объясняется тем, что он потерял голову, получив отказ от столь значительной должности, на которую полностью рассчитывал. Король объявил о своем намерении забыть произошедшее и в знак примирения попросил Пюигильена принять вместо должности фельцехмейстера артиллерии патент капитана гвардии. Узник, видя «столь невероятно скорое возвращение благосклонности короля», имел довольно наглости, чтобы поторговаться, в надежде вырвать место позначительнее. В конце концов ему все же пришлось удовлетвориться тем, что ему давали. Едва он дал свое согласие, как ворота тюрьмы распахнулись перед ним. Таким образом, он стал первым и единственным узником Бастилии, условием освобождения которого было личное согласие на повышение в чине. И, судя по всему, его препирательство длилось довольно долго, так как он вышел из Бастилии с огромной бородой, над которой потешался весь двор и которую он и не подумал сбрить.

Leja: Тюремное заключение нисколько не вразумило его, и впоследствии он сыграл над королем еще одну злую шутку. Унаследовав после смерти отца титул герцога де Лозена, он начал ухаживать за принцессой Монако. Но вскоре выяснилось, что король и тут перешел ему дорогу. Взбешенный Лозен вначале дал почувствовать свою ярость коварной принцессе, отдавшей предпочтение не ему, а какому-то королю. Явившись к ней в послеобеденный час, когда она отдыхала вместе с другими дамами, полулежа на ковре, расстеленном прямо на полу, он завел светский разговор, во время которого ловко наступил острым каблуком на ладонь принцессы, попрощался и, круто повернувшись, вышел. Светские приличия заставили принцессу вытерпеть экзекуцию, не издав ни звука. Затем наступила очередь Людовика. Лозен занял позицию в нужнике напротив комнаты, где должно было состояться свидание короля с принцессой Монако. Через небольшое отверстие в двери он увидел, как король зашел в комнату, отослав лакея за принцессой; при этом снаружи в замочной скважине остался торчать ключ. Лозен вышел из своего убежища, запер короля на два оборота и с величайшим наслаждением бросил ключ в нужник. Вслед за тем он занял прежний пост и давился от смеха, слушая недоуменный разговор любовников через запертую дверь, а потом наблюдая, как сбежавшаяся прислуга освобождает сконфуженного короля. Эта проделка благополучно сошла Лозену с рук. К несчастью для Лозена, его стремления и надежды всегда опережали его действительное положение, пусть даже самое блестящее. Вскружив голову Мадемуазель (так называли дочь герцога Орлеанского), он предложил ей выйти за него замуж и получил ее согласие; Людовик разрешил им пожениться. Этот почти королевский брак должен был принести дерзкому счастливцу огромное состояние и неслыханное влияние, но Лозену было этого мало. Он непременно желал, чтобы венчание состоялось во время королевской мессы. Герцог Орлеанский, весьма недовольный выбором дочери, воспользовался этим и сумел убедить короля, что Лозен окончательно зарвался. Людовик вторично взял назад свое слово. «Мадемуазель метала громы и молнии», – пишет Сен-Симон, но Лозен на удивление всем «с великим благоразумием, вообще-то ему не свойственным, принес эту жертву королю». В качестве утешительного приза он получил роту телохранителей-алебардщиков и был тут же произведен в генерал-лейтенанты; чуть позже, в 1670 году его назначили командующим армией во Фландрии. Но что все это значило по сравнению с расторгнутой помолвкой! В ноябре 1671 года последовала новая опала – на этот раз по наговору его врагов, сумевших убедить Людовика в том, что Лозен использует свое влияние в армии для подготовки мятежа. После короткого пребывания в Бастилии он оказался в Пиньероле, где уже десять лет томился Фуке, и был заключен в каземат; все его должности были у него отобраны. Он провел в Пиньероле почти десять лет – с декабря 1671 по апрель 1681 года. Лозен и здесь сумел остаться собой, превратив жизнь коменданта Пиньероля Сен-Марса в сущий ад. В 1676 году он попытался бежать: выломал оконную решетку и стал спускаться по стене, но по неловкости свалился прямо на голову часовому. Будучи огорчен неудачей, он устроил в камере пожар; на следующий день сделал попытку покончить с собой; еще через день симулировал приступ мистического безумия, а затем в течение двух недель изображал глухонемого. И при всем том он еще был вечно недоволен комендантом!

Leja: Сен-Симон передает следующий случай, рассказанный ему самим Лозеном. Однажды он опасно заболел и позвал священника для исповеди. По его словам, он так боялся, что к нему пришлют поддельного исповедника, что когда в камеру вошел капуцин, Лозен схватил его за бороду и изо всех сил стал дергать, чтобы проверить, не накладная ли она. Тяготясь одиночеством, Лозен выломал решетки в дымоходе и однажды ночью перепугал Фуке, чья комната находилась ниже, свалившись к нему в камин. С трудом признав в неожиданном госте юношу, некогда искавшего его покровительства, бывший суперинтендант, которому в ту пору запрещали видеться и переписываться с кем бы то ни было, жадно принялся его расспрашивать о новостях. «Несчастный суперинтендант, – рассказывает Сен-Симон, – весь обратился в слух и только широко раскрыл глаза, когда этот бедный гасконец, который был счастлив, что его приняли и приютили у маршала де Грамона, повел речь о том, как он был генералом драгун, капитаном гвардии, получил патент и назначение на командование армией. Фуке был в полном замешательстве и решил, что Лозен повредился в уме и рассказывает свои видения, особенно когда тот поведал, как он не получил артиллерии и что случилось потом; услышав же, что король дал согласие на его свадьбу с Мадемуазель, о том, что стало помехой этому браку и какие богатства невеста принесла бы в приданое, Фуке совершенно уверился, что безумие собеседника достигло предела, и ему стало страшно находиться рядом с ним». Позже, когда бывшему суперинтенданту позволили писать родным, он первым делом упомянул о «безумии» бедняги Пюигильена; с каким же изумлением он прочитал в ответном письме, что все рассказанное беднягой Пюигильеном – чистая правда! Одно время Фуке, кажется, готов был поверить, что и его родные тронулись в уме. Отношения Лозена с Фуке продолжались довольно долго и закончились смертельной ссорой. Дело было в том, что шестидесятилетний Лозен сумел соблазнить двадцатилетнюю дочь Фуке, приехавшую навестить отца; передают, что девушка проникла к нему в комнату по тому же дымоходу. Фуке пришел в ярость и нажаловался на Лозена коменданту, выдав, что старый распутник тайно получает письма и деньги. Лозен вышел из Пиньероля заклятым врагом Фуке и, как мог, вредил ему при его жизни, а когда тот умер, перенес свою ненависть на его семейство. Своим освобождением Лозен был обязан Мадемуазель, которая ради этого уступила герцогу Мэнскому, незаконнорожденному сыну короля, ряд своих владений, – такую цену Людовик назначил за свободу ее любовника.

Leja: Выйдя из тюрьмы, Лозен уехал в Англию, где приобрел славу страстного и необыкновенно везучего игрока. Парламентская революция 1688 года, отнявшая корону у Якова II в пользу голландского штатгальтера Вильгельма Оранского, предоставила Лозену случай с триумфом вернуться во Францию. Свергнутый Яков бежал из страны, доверив ему самое дорогое – королеву и принца Уэльского, которых Лозен благополучно доставил в Кале. Благодарная королева исхлопотала для спасителя аудиенцию у Людовика. Их встреча состоялась на Сен-Жерменской равнине. Король вернул Лозену свое расположение вместе с постоянными апартаментами в Версале, Фонтенбло и Марли. Отныне и до самой смерти Людовика XIV Лозен не покидал двора. Несмотря на значительное влияние, которым он пользовался в Версале, он сделался нелюдим и задумчив; каждую годовщину своей последней опалы он отмечал каким-нибудь сумасбродством, снискав себе славу мрачного оригинала. Их отношения с Мадемуазель длились еще несколько лет, будучи отмечены бурными ссорами, во время которых принцесса царапала его ногтями, а он, не стесняясь, поколачивал ее; однажды, чтобы вымолить прощение, он прополз на четвереньках через всю галерею. В конце концов эта странная пара рассталась. Незадолго перед смертью он сыграл свою последнюю шутку. Серьезно заболев, он уединился в своей комнате, где спустя какое-то время с неудовольствием заметил, что его наследники чересчур навязчиво пытаются выяснить его шансы на выздоровление. Однажды он увидел в каминное зеркало, как они пробрались в комнату и спрятались за портьерами, чтобы своими глазами убедиться в состоянии его здоровья. Не подав виду, что он открыл их хитрость, Лозен притворился умирающим и принялся горячо молиться Богу, обещая во искупление своих грехов отдать все свое имущество больницам. Краем глаза он с удовлетворением наблюдал в зеркале, как наследники в отчаянии покинули свое укрытие. Чтобы нагнать на них побольше страха, Лозен немедленно послал за нотариусом, чье появление вызвало в доме настоящую панику. Лозен так развеселился, что даже поправился, и потом с удовольствием рассказывал о своей проделке знакомым. Он умер девяноста лет от роду, проведя последние дни в монастыре Малых августинцев, где и был похоронен согласно своему желанию. Другим предсмертным распоряжением он запретил пышные похороны.

Leja: Хм,хм, у Анн он как-то симпотишнее ИХМО

allitera: Leja пишет: Герцог Орлеанский, весьма недовольный выбором дочери, воспользовался этим и сумел убедить короля, что Лозен окончательно зарвался. Откуда эти цитаты? Вначале дата совсем неверная. а теперь еще и покойный герцог Орлеанский объявился, хотя суть событий передана и верно. Leja пишет: Отношения Лозена с Фуке продолжались довольно долго и закончились смертельной ссорой. Дело было в том, что шестидесятилетний Лозен сумел соблазнить двадцатилетнюю дочь Фуке, приехавшую навестить отца; передают, что девушка проникла к нему в комнату по тому же дымоходу. ВОт опять, если вспомнить, что Лозен покинул тюрьму в 1681 году, а родился с 1633 году, то никак не мог находиться в Пеньероле в шестидесятилетнем возрасте. да и Фуке умер в в 1680 году. Leja пишет: Хм,хм, у Анн он как-то симпотишнее ИХМО Безусловно. Но Голон писала роман. а не историческую монографию. потому у нее персонажи совсем другие, чем в истории. Отсюда Лоден у нее симпатичнее, хотя почему Лозен. правильнее Лозан. А вот Месье как раз представлен чуть ли не главным злодеем, хотя в жизни был приятным дяденькой.

Leja: allitera пишет: Откуда эти цитаты? Я же написала Узники Бастилии,автор Сергей Цветков,книжка я так поняла художественная

Leja: Аллитера пишет: почему Лозен. правильнее Лозан. Запомню,я думала как раз Лозен верее allitera пишет: был приятным дяденькой. На вкус на,цвет... ничего уж особо приятного в нем не вижу

Leja: allitera пишет: покойный герцог Орлеанский объявился, Ну видимо,ему так не понравился потенциальный зять,что он не удержался и вставил свои 5 копеек

Leja: allitera пишет: Отсюда Лоден у нее симпатичнее А исторический он вам не\нравится,почему? Где Анн попала в характер,а где промахнулась?

allitera: Leja пишет: На вкус на,цвет... ничего уж особо приятного в нем не вижу А что ты о нем собственно знаешь, чтобы так считать? Leja пишет: Я же написала Узники Бастилии,автор Сергей Цветков,книжка я так поняла художественная А. тогда понятно. Меня интересовал автор, потому как я его не знала по одному названию книги. Leja пишет: Ну видимо,ему так не понравился потенциальный зять,что он не удержался и вставил свои 5 копеек Представляю. какой это был фурор. Глас с того света. :) Leja пишет: А исторический он вам не\нравится,почему? Где Анн попала в характер,а где промахнулась? Я не могу сказать нравиться он мне или нет, я отнушусь к нему. как одному их тех кто тогда жил без эмоциональной оценки с моей стороны. о судя по тому, что о нем писали современники, и в первую очередь Сен-Симон - был он пренеприятным типом, хотя и забавные дела делал. что интересен скорее для нас, чем для тех, кто с ним жил. В отношении образа Голон, мне кажется он мало похож на реальность. Ну может за исключением язвительности и острословия, но только у Голон оно появилось в критических ситуациях, а Лозан таким был все время. Опять же интересна его обаятельность при такой неинтересной внешности. Видмо умел заговаривать он женщин, знал что и как. У Голон же он совсем не так неприятен внешне. А в остальном не самый приятный тип придворного. Остается удивляться, что в нем забавляло короля. Может именно его злые шуточки.

Leja: allitera пишет: А что ты о нем собственно знаешь, чтобы так считать? Ну вот,опять поехали,приведи цитату,докажи научно. Я,что его обругала как-то? Просто он мне не очень нравится. Я же ни в чем его не обвиняю. allitera пишет: У Голон же он совсем не так неприятен внешне. А в остальном не самый приятный тип придворного. Остается удивляться, что в нем забавляло короля. А кстати Вард,не знаешь,каким был? Тут он как раз показан бякой,ну с просветами,но бякой. А в истории?

Leja: А чем тебе нравится Месье?

allitera: Leja пишет: Ну вот,опять поехали,приведи цитату,докажи научно. Я,что его обругала как-то? Просто он мне не очень нравится. Я же ни в чем его не обвиняю. А что ты сердишься. Как он может нравиться или нет, если о нем нет ни одной биографии на русском или английском языках. Просто ты ничего о нем не знаешь. Я тоже под влиянием Голон думала о нем весьма плохо, но оказалось, что это все художественный вымысел. А то, что я о нем узнала, даставило меня уважеть этого человека и даже адекватно отнестись к его ориентации. Leja пишет: А чем тебе нравится Месье? Характером. Смелый. благородный, утонченный, изысканный, мужественный (да-да, его голубизна этому не помеха), в чем-то трогательный, очень яркий, преданный брату, любящий детей, склонный к компромиссу, даже в его слабости и позиции вторичности при брате есть своя доля благородства. преданности и трогательности. Плюс он забавный. Он таким был с детства - массовик-затейник, который привлекает окружающих своей харизмой.

allitera: Leja пишет: Ну вот,опять поехали,приведи цитату,докажи научно. Я,что его обругала как-то? Просто он мне не очень нравится. Я же ни в чем его не обвиняю. А что ты сердишься. Как он может нравиться или нет, если о нем нет ни одной биографии на русском или английском языках. Просто ты ничего о нем не знаешь. Я тоже под влиянием Голон думала о нем весьма плохо, но оказалось, что это все художественный вымысел. А то, что я о нем узнала, даставило меня уважеть этого человека и даже адекватно отнестись к его ориентации. Leja пишет: А чем тебе нравится Месье? Характером. Смелый. благородный, утонченный, изысканный, мужественный (да-да, его голубизна этому не помеха), в чем-то трогательный, очень яркий, преданный брату, любящий детей, склонный к компромиссу, даже в его слабости и позиции вторичности при брате есть своя доля благородства. преданности и трогательности. Плюс он забавный. Он таким был с детства - массовик-затейник, который привлекает окружающих своей харизмой.



полная версия страницы