Форум » Новая версия "Анжелики" » Война в кружевах: разбор полетов » Ответить

Война в кружевах: разбор полетов

Psihey: Предлагаю обсуждать здесь странности и несостыковки в 7 томе новой версии

Ответов - 301, стр: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 All

Filippe: Psihey пишет: Почему его больше нет? Почему он ушел? "С дыханием ветра", - как говорила Нинон. С обжигающим и беспощадным дыханием ветра войны. Зачем он так рисковал? Нарочный и граф де Лозен, описывая его гибель, говорили одинаково (не по-русски), и сейчас А. вспомнила их слова. Она чуть приподнялась и прошептала: - Филипп, зачем ты это сделал? Блин, аж дрожь по телу пошла... Ну нет, девчонки, опять к этому возвращаться.... Опять месяц в депрессии жить. Не, Люба, зачем мне такой кайф?

Psihey: Мария-Антуанетта, спасибо:) еще можно после коврика размышления Ф.?

Мария-Антуанетта: Psihey пишет: "маленький, дрожащий и сонный зверек" - это прекрасный образ ГГ. я еще в первый раз отметила:))) потом что-то подобное с Коленом будет вроде...ну про зверька сонного:)) Psihey пишет: и построение этой фразы какое-то.... как первое связано со вторым? вообще я смотрю, что сцена не отличается от старого оригинала, а там было немного по-другому: "Это были безмолвные объятия, которыми и Филипп скрывал свой страх перед неудачей..." Но это дословно, без редактуры.....а в новой версии с редактурой... ну про "занимались любовью" вместо "безмолвных"(молчаливых) объятий я согласна:) но тогда теряется смысл второго словосочетания,-ты права... Короче смысл в том, что Ф. предпочитает заниматься с А. любовью молча, не говоря ничего, т.к. не хочет выказать своей слабости нежными словами, либо просто старается за молчанием отгородиться от нее на случай если ей не понравится, тогда он будет иметь такой вид, что типа ему все-равно(сама ведь приперлась и он не должен ее ублажать особо...), но вышло как раз наоборот-она ублажила его:))) Psihey пишет: и в новом переводе нет ни "открыл глаза", ни "проснулся" - т.е. как-то странно вот в старом было: "Он снова пошевелился встретив ее в своем полусне... -Вся такая красивая прошептал он,- в то время как его губы потянулись к ее груди, затрагивая ее жестом голодного ребенка..."

Мария-Антуанетта: Psihey пишет: Мария-Антуанетта, спасибо:) еще можно после коврика размышления Ф.? можно, сейчас поколдуем, чтоб выложить...

Мария-Антуанетта: Filippe пишет: Блин, аж дрожь по телу пошла... Ну нет, девчонки, опять к этому возвращаться.... Опять месяц в депрессии жить. Не, Люба, зачем мне такой кайф? Насть, а ты думаешь, что мне от этого кайфово? я и так расстроена...но, можно концовку и не читать...если хочешь можно выложить интересные тебе эпизоды и все... можешь книгу не покупать, раз это так травматично для тебя...

Мария-Антуанетта: Вот и коврик: Анжелика обвила его шею руками. Ее ноги подкашивались, и тогда он поддержал ее и нежно опустил на мягкий, пушистый ковер. —Филипп, Филипп, — прошептала она. — Вы думаете, что сейчас подходящие время и место для такого урока? —Почему бы и нет? —На ковре? —Конечно, на ковре. Солдафоном я был, солдафоном и ости нусь. Если у меня нет права овладеть собственной женой в моем собственном доме, тогда я отказываюсь изучать Карту страши Нежности. —А если кто-нибудь войдет? —Какая разница! Я вас хочу именно сейчас. Я чувствую, каким вы пылкая, волнующая, доступная. Ваши глаза сверкают, как звезды, ваши губы влажны... Он любовался ее лицом, мрамором щек, окрасившимся ро:ш вым румянцем. -Давайте, маленькая кузина, поиграем, и сделаем это лучше, чем в дни нашей юности... Анжелика издала что-то вроде короткого победного крика и протянула руки. Она была больше не в состоянии ни сопртивляться, ни подавлять мутившее разум желание. Именно она привлекла мужа к себе. —Только не торопитесь, мой прекрасный любовник, пробормотала она. — Дайте мне время побыть счастливой. Охваченный страстью, Филипп сжал жену в объятиях и овладел ею(это при том, что она просила его не спешить! как это понять вообще не пойму?! ). Его переполняло ранее неизведанное чувство, которое впервые и заставило его быть внимательным к женщине. Он с изумлением увидел, что зеленые глаза Анжелики, жестокости которых он так опасался, понемногу затягиваются мечтательной пеленой. Она забыла о вечной тревоге; в уголках рта больше не прятался вызов, который он так часто там читал. Ее приоткрытые губы слегка дрожали, подчиняясь его напору. Она больше не была врагом. Она доверяла ему. Новые чувства придали Филиппу отваги, и он ощутил наплыв непривычной для себя нежности, вдруг осознав, что Анжелика влечет его за собой загадочными, неизведанными путями. Вместе с потоком сладострастия в нем крепла надежда. Скоро пробьет упоительный час единения, как уже пробил час, когда он заставил трепетать этот тонкий инструмент очаровательной женственности, который так долго не желал ему подчиняться. Сложная задача, требующая терпения и искусства. Он призвал на помощь все свое мастерство и свою мужественность, он приближался к добыче, которая не собиралась бежать. Он думал, что она его унизила и что он до боли ненавидит ее. Но глядя на Анжелику, Филипп почувствовал, как под натиском незнакомого чувства его сердце тает. Куда исчезла гордячка, которая пренебрегала им? Эта женщина вдруг показалась ему испуганным раненым существом, которое доверилось его рукам и порой нерешительно просило пощады. То трепещущая, то сходящая с ума от сладкого изнеможения, она машинальным движением перекатывала голову из стороны в сторону, и ее волосы рассыпались по ковру золотистым покрывалом. Казалось, какая-то частичка ее отделилась от тела и вот-вот достигнет того укромного неземного уголка, где два существа остаются наедине со своим наслаждением. Внезапно ее тело сотрясла долгая дрожь, и Филипп понял, что приближается момент, когда он станет ее полноправным властелином. Каждая последующая секунда усиливала его воодушевлеие, наполняя неведомым ранее чувством победы, давая небывалую силу, осознание того, что вознаграждение уже рядом. Он вышел победителем из трудного турнира, и приз достался ему нелегкой ценой, но в итоге, благодаря своему усердию и стойкости, он выиграл. Он понял, что больше не должен ждать свою возлюбленную. Она выгнулась в его руках, подобно живому луку. Такая желанная, Анжелика достигла высшей точки наслаждении и счастья. Наконец она подчинилась ему, и он почувствовал тайный ответ этого прекрасного тела, которое сумел пробудить и наполнить блаженством. И тогда он тоже отдался страсти. Филипп понял, чего именно ему не хватало всю жизнь — блаженной благодарности этого покорного и любящего тела, которое постепенно расслаблялось, пока она с тихим вздохом возвращалась к действительности.(тут тоже непонятно: чье тело имеется ввиду? вроде как ее, но в то же время он вроде про себя думает?! встарой версии было немного иначе:. Он знал теперь, что именно этого, он ждал всю свою жизнь: ее радости, признания ее покорного и любящего тела, которым, теперь он долго насыщался, в то время как она возвращалась к жизни с растерянными тяжелыми вздохами. ) —Филипп! Он прижался к жене. Спрятал лицо у нее на груди, и по мере того как строгие очертания старинной гостиной отеля дю Плесси все больше напоминали о реальной жизни, его молчание все сильнее беспокоило Анжелику. Слишком короткие мгновения забытья. Она не смела поверить в собственный исступленный восторг, в то опьянение, после которого она вся дрожала и была слабой до слез. —Филипп! Она не решалась сказать, насколько признательна ему за терпение и нежность. Быть может, она разочаровала его? —Филипп! Он приподнял голову. Его лицо оставалось загадочно-непрпницаемым, но Анжелика не могла ошибиться. На губах муижа играла едва заметная улыбка, и тогда она дотронулась до светлых усов, на которых блестели капли пота. —Мой старший кузен... И вот для сравнения мой перевод старого варианта коврика: Он страстно привлек ее к себе, охваченный новым любопытным чувством, которое, казалось, впервые, делало его внимательным по отношению к женщине. И удивленно, он вдруг увидел , что зеленые глаза Анжелики, жестокости которых он опасался, понемногу погружаются в мечтательность. На этот раз она почему-то забывала напрягаться: он не видел больше в углу ее рта, того вызова, который он читал там столь часто, напротив ее приоткрытые губы слегка дрожали, под дыханием его усилия. Она не была больше его противницей. Она доверяла ему. Это придавало ему смелости нежно изучать ее и, временами пораженный ослепительными открытиями, он понимал, что она влекла его к новым и удивительным тайнам. Надежда появилась и крепла в нем, по мере того, как возрастал поток сладострастия. Наступало время их опьяняющей встречи, время заставить дрожать инструмент этой прелестной женственности, которая так долго противилась ему. Эта задача, была очень деликатной, и требовала терпения и заботы. Все его мастерство и его мужественность были настороже, он продвигался к добыче, которая больше не пряталась от него. Он думал, как она его унизила и, что он возненавидел ее до страдания. Но теперь, смотря на нее, он чувствовал, как его сердце разрывалось под стремительным ростом неизвестного чувства. Где же теперь гордая молодая женщина, которая бросила ему вызов? Но внезапно, он увидел, как она отдаляется от него с какими- то маленькими неоконченными жестами, как будто испуганная или раненая, она, казалось, просила пощады. То трепещущая, то изнеможенная до безумия, машинально перекатывая голову справа налево, с разметавшиеся словно скатерть золотистыми волосами, она медленно отделялась от самой себя, достигнув того неземного состояния, когда два существа вновь оказываются одним целым, сливаясь воедино со своим удовольствием. В длинной дрожи, которая ее внезапно пронзила, он понял, что близок момент, когда он станет ее властелином. Каждый новая секунда, радовала его все больше, пронизывая чувством победы, которую он не ощущал прежде, силы, уверенности в себе, наконец , вознаграждения. Он победил в трудном поединке, и теперь своим терпением и бдительностью, выиграл тот ценный приз, который, много раз, ускользал от него прежде . Ему больше не нужно было ее подготавливать. Она выгнулась в его руках, подобно живой арке. Ее сопротивление, доведенное до крайности, было, наконец сломлено, она была полна ожиданием, тревогой и счастьем. Она, наконец, уступила, и он ощутил тайный ответ этого тела, пробужденного им же, и упивающегося наслаждением. Тогда, он тоже этому предался. Он знал теперь, что именно этого, он ждал всю свою жизнь: ее радости, признания ее покорного и любящего тела, которым, теперь он долго насыщался, в то время как она возвращалась к жизни с растерянными тяжелыми вздохами. — Филипп! Его сердце защемило. Он спрятал свое лицо, прижавшись к ней и по мере того, как реальность возвращалась к Анжелике вместе со строгим оформлением старого салона du Plessis, ее начало беспокоить его молчание. Слишком кратким был момент ухода от реальности . Она не осмеливалась верить в свою собственную страсть, в опьянение, которое довело ее почти до слез, дрожащую и слабую. — Филипп! Она не осмеливалась ему сказать, как она была признательна за внимание и заботу, которыми он окружил ее. Она его разочаровала? — Филипп! Он поднял голову. Лицо его оставалось загадочным, но, Анжелика, не ошиблась: нежная улыбка появилась на его устах. Она провела пальцем по его светловолосым усам, где блестели маленькие капельки пота. -Мой старший кузен... Дальше выложу мысли Филиппа после коврика...

zoreana: Psihey пишет: Мальбран-Удар-Шпагой:) да ладно. а его в фике изобразила с мушкетом. Пойду переделывать Мария-Антуанетта спасибо.Мария-Антуанетта пишет: чтобы прижать ее к груди. Он подался вперед и в полусне взглянул на нее. —Какая красивая, — прошептал Филипп и, как голодный ребенок, потянулся ртом к близкой груди. Задушила баба грудью. Мария-Антуанетта пишет: Но страсть Анжелики, почти наная радость, которую она испытывала в его руках, ее ловкость и мастерство влюбленной женщины, безропотная готовность доставить ему удовольствие развеяли его сомнения. Крошечная искра разгорелась, превратилась в бушующее пламя и выжгла все дурые мысли Филиппа. Его глухой крик, выдавший силу пережитого наслаждения, наполнил сердце Анжелики гордостью Это мне больше всего понравилось. Все в трех словах написан секс. и их профессионализм. Filippe пишет: что с 50-летним мужиком? ну описывает как что -то последние в жизни.

Psihey: zoreana пишет: а его в фике изобразила с мушкетом. Мальбран-Удар-Мушкетом:) шучу я к тому писала, что Мальбран вроде не индеец Чингачгук:-) Мария-Антуанетта пишет: Именно она Вот этот оборот несколько раз встречается в книге - это похоже дословный перевод, т.к. по-русски "именно" - лишнее, или заменить и сделать "она первая привлекла его к себе", или "она сама привлекла..."

zoreana: Мария-Антуанетта Это небо и земля. Я про коврик.Первый отрывок так не задел как второй. который очень логично был описан и красиво.

Psihey: Мария-Антуанетта пишет: Он думал, что она его унизила и что он до боли ненавидит ее. ненавидит сейчас? по смыслу здесь должно быть прошедшее время - ненавидел ее

Мария-Антуанетта: Мысли Филиппа после коврика: Филипп, безразличный как к дружеским шуткам, так и к сарказму — а может быть, он и не знал о них, — ходил с гордо поднятой головой. Людовик был с ним довольно суров; казалось, маркиз и этого не замечал. В круговерти(не лучше ли было заменить на круговорот?) последних грандиозных праздников, которые король давал перед началом летней кампа-нии, Анжелике никак не удавалось поговорить с мужем. Странное дело: Филипп снова стал отстраненно-ледяным, и когда жена оказалась рядом на балу, заговорил с ней высокомерным тоном. Анжелика даже начала думать, что те сладостные минуты воспоминания о которых она бережно хранила в глубине своей памяти , как хранят распустившуюся розу с пурпурными лепестками, были всего лишь прекрасной иллюзией. Жестокость высшего света стремилась уничтожить нежный цветок, хотя он едва расцвел. Но Филипп был типичным представителем этого мира, грубого и злого. Анжелика не знала, что он находился в плену сложных, необычных для него чувств, испытывая муки гордости и одновременно приступы панического страха, который она ему внушала. Он не чувствовал в себе сил укротить жену, подчинить ее себе, не прибегая к ненависти. Он боялся, что, если возведенная им стена равнодушия рухнет, он попадет в рабство. А ведь он поклялся, что никогда не позволит женщине одержать верх над собой. Но именно это происходило, стоило Филиппу представить себе улыбку Анжелики, ее взгляд. Маршал дю Плесси чувствовал себя уязвимым подростком. В его душе пробудилась былая за стенчивость. Изуродованный( в старой версии захваченный) распутной жизнью, которая принесла ему больше разочарования, чем удовольствия, он никак не мог поверить в необычайную гармонию, возникшую во время физической близости с одним из тех ненавистных и презренных существ, которыми он считал женщин. Должен ли он признаться себе, что именно это и называют любовью? Или это всего лишь, мираж? Страх перед новым разочарованием терзал его сердце. Он повторял себе, что, если оно наступит, он умрет от досады и горя. Уж лучше цинизм и насилие! Анжелика, которая даже представить себе не могла, что за безстрастной маской мужа кроется буря эмоций, переживала жесткое разочарование. Блестящие праздники не могли отвлечь ее от печальных мыслей. Внимание короля раздражало, а его настойчивые взгляды вызывали головную боль( в старой версии дискомфорт/недомогание). Почему Филипп ее покинул?(в старой версии было отказался от нее)

Мария-Антуанетта: Psihey пишет: ненавидит сейчас? по смыслу здесь должно быть прошедшее время - ненавидел ее вот и я говорю, чтов моем переводе(хоть я и не профи было что он возненавидел ее до страдания), а у них получилось, что он ее все еще продолжает ненавидеть...

Мария-Антуанетта: zoreana пишет: Это небо и земля. Я про коврик.Первый отрывок так не задел как второй. который очень логично был описан и красиво. Ну я же старалась переводила как надо и по-смыслу, в книге как-бы то же самое, но вот не то...не хватает чего-то Psihey пишет: Вот этот оборот несколько раз встречается в книге - это похоже дословный перевод, т.к. по-русски "именно" - лишнее, или заменить и сделать "она первая привлекла его к себе", или "она сама привлекла..." да, частенько встречается, но я думаю, что здесь хотели как-то подчеркнуть, что именно она ведущая...:))

zoreana: Мария-Антуанетта пишет: Ну я же старалась переводила как надо и по-смыслу, в книге как-бы то же самое, но вот не то...не хватает чего-то Могу только респект вам .Мария-Антуанетта пишет: да, частенько встречается, но я думаю, что здесь хотели как-то подчеркнуть, что именно она ведущая...:)) так и получается.

Psihey: Мария-Антуанетта, тогда возможно не "что она его унизила", а "думал о том, как она его унижала и что он возненавидел ее до боли/страдания"? в новой версии по сравнению с переводами есть отличие перед ковриком, когда Анж говорит, что я приму от вас любое наказание кроме дыбы..., а в новом томе говорит, что "мы сейчас слишком далеко от дыбы и ..." и еще. Фил ей говорит, что последнее время он ее щадил (в плане выполнения супружеских обязанностей?) - это немного нелепо, т.к. она сама уже 2 раза (в коровнике и в беседке) прямым текстом говорила, что секс - это не наказание для нее.



полная версия страницы